Ильдар Нугманов: «Производство необходимо развивать, чтобы бизнес стал неуязвимым в разных условиях рынка»

Ильдар Нугманов: «Производство необходимо развивать, чтобы бизнес стал неуязвимым в разных условиях рынка»

Предприятие с переработкой металла до 60 тыс. тонн в год «Казанские стальные профили» продает свою продукцию по всей стране - от Татарстана до Камчатки - и в странах СНГ. А начиналось производство всего с одного вида сайдинга и профнастила. О том, как бартерные сделки помогали выжить компании в далекие 90-е, почему металл — хороший материальный актив и зачем его компания поддерживает биатлон в РТ, - в интервью Ильдара Нугманова, совладельца компании Казанские стальные профили, отметившей свое 20-летие.

Ильдар Гилфанович, вашей компании исполняется 20 лет – хороший повод вспомнить историю создания бизнеса. С чего начинали свое дело?

Бизнесом я начал заниматься еще во время учебы в Казанском государственном университете. Тогда, на заре 90-х годов только-только пошла первая волна кооперативов, людям дали свободу в предпринимательстве. Ну и мы с товарищами решили начать свое дело – арендовали подвал и открыли там столярный цех: производили балконные рамы, шкафы делали, обшивкой балконов занимались. Дела потихоньку шли. Как-то познакомился с одним выпускником КГУ – Ильшатом Багаутдиновым, у него тогда была уже своя фирма. Он продавал лес, доски, а мы занимались столярными работами. Тут наши интересы совпали. В общем, решили вместе работать, и я полностью перешел под крыло его фирмы.

А как появилось производство, связанное с металлом?

Так сложились обстоятельства. Если помните, в 90-е практически не было свободных денег на рынке. Все работали по бартерным сделкам, иначе было не выжить. Так получилось и у нас. Мы изготавливали балконные рамы, а где взять достаточное количество стекла? Стали искать. Нашли производителя – Борский стекольный завод. Приезжаем туда, а они просят в обмен на поставки стекла какой-нибудь дефицитный товар. Такой товар мы нашли на «Оргсинтезе» – полиэтилен. Грузили полиэтиленовой пленкой машины, взамен получали стекло. В какой-то момент стекла столько скопилось, что возник вопрос – куда его девать? А тут на нас вышел поставщик стройматериалов для Фонда ликвидации ветхого жилья – компания «Татснаб» – у них «горели» сроки по вводу новых домов, а стекла не хватало. Денег, как водится, у них не было. Взамен предложили оцинкованное железо. Это предложение вызвало у нас сомнение – менять шило на мыло? Но согласились и заключили бартерную сделку. Оказалось, что оцинкованное железо – настоящий дефицит! Мы его продали просто на ура. Стало понятно, что это настоящий Клондайк. Но в Казани железа практически не было, искали по всей стране. Сначала возили из Магнитогорска, потом нашли производителя на Украине, в Мариуполе.

Потом пошел слух, что в Казахстане карагандинский комбинат поставляет оцинковку. А ведь в те времена интернета не было, нельзя было кликнуть и получить информацию, где что продается. Тогда информацию добывали сложным путем: где-то что-то услышали либо кто-то по секрету сообщил. Начали с поставок машинами в обмен на тот же полиэтилен, а потом уже дело встало на серьезные рельсы – возили металл вагонами. Так и пошел бизнес по металлу. В 1998 году мы открыли уже собственную компанию – «Униторг-бизнес».

Сразу решили работать напрямую с производителями?

Да, это было принципиальное решение, хотя на тот момент можно было выбрать и других поставщиков. Например, тех, кто точно так же, как и мы получал металл по бартеру. Они даже продавали дешевле, чем комбинаты, ведь всем нужны были живые деньги. Но мы решили придерживаться выбранной стратегии – работать только с производителями. Дальнейшее показало, что это было правильное решение, поскольку у нас завязались деловые, партнерские отношения с производителями металла на взаимном доверии на многие годы.

Получается, что ваш бизнес с металлом начался с продаж?

Это не простые продажи, не банальное «купи-продай». Это работа с комбинатами, организация вагонных поставок, по сути – металло-трейдерство. Серьезный вид бизнеса. До 2002 года занимались исключительно поставками металла. Кстати, когда 20 лет назад мы открыли свою компанию «Униторг-бизнес», в название вложили смысл универсальности – предполагалось, что мы можем заниматься любым видом деятельности. Но со временем проанализировали рынок и пришли к выводу: металл для бизнеса – хороший материальный актив. И сконцентрировались именно на нем, поэтому компания была переименована в «Униторг-металл». А в 2004 году открыли собственное производство и создали дочернюю производственную фирму – «Казанские стальные профили».

В структуре вашей компании два предприятия: «Униторг-металл» и «Казанские стальные профили». У них разный функционал?

ООО «Униторг-металл» – головная организация, она же, как юридическое лицо, стала учредителем фирмы «Казанские стальные профили». Материнская компания, в отличие от «Казанских стальных профилей», не занимается производством. Ее функции – работа с комбинатами, поставки металлопроката, ведение документации. И учредители у нее – физические лица, сотрудники компании. Кстати, с самого начала мы с компаньонами приняли решение: все учредители непосредственно участвуют в работе компании, а не просто ждут дивидендов. Если кто-то захочет отойти от дел, ему рекомендуется забрать свою долю – отдыхать, так отдыхать.

Считается, что в России заниматься производством – дело трудоемкое и не всегда выгодное. Что послужило толчком к созданию производственной компании?

Как я уже говорил, мы изначально стремились работать напрямую с производителями металлопроката. Но главная цель была выйти на потребителя с готовой продукцией. Наш потребитель – это строительные организации, частные застройщики. А им нужны профнастил, черепица, профиль, сайдинг... Однозначно, производство необходимо было развивать, чтобы наш бизнес стал более неуязвимым и надежным в разных условиях рынка.

С какими трудностями столкнулись на момент начала производства? И кто вас в этот период поддерживал?

Главная проблема – отсутствие толковых специалистов, квалифицированных рабочих, которых в то время днем с огнем было не найти. Впрочем, дефицит квалифицированных кадров есть и сейчас, но, к сожалению, у нас практически провалено профессиональное образование. Молодежь не хочет связывать свою судьбу с инженерной, рабочей профессией. Хотя многим производствам, как и нам, нужны конструкторы, инженеры, механики, электрики... И мы готовы платить хорошим сотрудникам достойную, конкурентную заработную плату. Вторая трудность – недостаток оборотных средств. И наша компания здесь не исключение. И когда мы только начали производство, большую поддержку получили от наших партнеров – предприятий, которые поставляли нам станы для производства профнастила. Поддержал нас и Сбербанк: даже в кризисные времена, он протягивал нам руку помощи. Кстати, это единственный банк, в котором наша компания обслуживается с 1998 года.

С каких объемов начинали в 2004 году и какой ассортимент продукции выпускаете сейчас?

Если на старте «Казанские стальные профили» выпускали всего несколько видов профиля для гипсокартона, один вид профнастила и один вид сайдинга, то сегодня компания выпускает более 200 наименований продукции. В месяц отгружаем от полутора до трех с половиной тысяч тонн готовой продукции плюс до четырех тысяч тонн рулонной стали.

То, что было в начале, и то, что имеем сейчас, – это небо и земля.

У вас собственная производственная база?

Сначала мы арендовали помещение, но поняли, что на аренде далеко не уедешь. Со временем выкупили участок земли на улице Магистральной. И уже здесь построили офисное здание и производственный цех. А всего у нас две базы: на Магистральной, 21, и в поселке Чебакса – и здесь, и там есть цеха и складские помещения. Кстати, если говорить о динамике развития компании, то в 1998 году у нас работали всего 8 человек, а сегодня – 160, причем основная часть – рабочие руки, которые трудятся на станках – а их порядка 50 единиц.

Кто ваши партнеры и клиенты?

У нас долгосрочные партнерские отношения с ведущими производителями металлопроката с покрытием: «Северсталь», «АрселорМиттал Тимертау», Новолипецкий металлургический комбинат, Магнитогорский металлургический комбинат, SSAB – шведская металлургическая компания, работаем и с корейскими производителями.

Если говорить о клиентах, то крупнейшие из них – «Завод металлической кровли», «Стальная кровля», компания «Агава» (сеть магазинов «Мегастрой»). Много покупают напрямую частники, дилеры из регионов страны, строительные компании.

Какова география поставок продукции?

Весь Татарстан, соседние регионы, также поставляем на Камчатку, в страны СНГ. Отдаленные поставки в основном связаны с эксклюзивными предложениями от нашей компании.

Например?

Например, металлочерепица «Испанская Сьерра», она не имеет аналогов. Уникальность ее в скрытом креплении, что в несколько раз повышает надежность металлочерепицы. А изготовляется «Испанская Сьерра» из высококачественной оцинкованной стали с лакокрасочным покрытием полиэстер, а также из стали с покрытием пурал. Кроме того, мы выпускаем эксклюзивные виды сайдинга с рисунком под бревно, под натуральный камень. Такими товарами мы выходим на рынки за пределы России.

Некоторые эксперты полагают, что металл российского производства уступает качеству зарубежным аналогам. А вы как считаете?

Все зависит от тех параметров, которые заложены в характеристиках металла. Если металл им соответствует, то он хорошего качества. Но важно понимать: если вы приобрели металл толщиной 0,4 миллиметра и решили построить из него мост, то, очевидно, этот мост нагрузки не выдержит. Хотя сырье – надлежащего качества. Российский металл считается одним из лучших в мире, и у нас самая низкая себестоимость его производства.

Если взять металл с декоративным, полимерным покрытием, то раньше эталоном качества считался финский металл. Но сегодня в качестве не отстают и отечественные производители. Например, бренды компании «Северсталь» – «Стальной кашемир», «Стальной бархат», «Стальной шелк» – конкурируют по цене и по качеству. Возможно, есть нарекания на качество металла для машиностроения, но в нашей отрасли отечественный металл соответствует мировым стандартам.

Вы уделяете большую часть своей жизни спорту – являетесь главным тренером по биатлону Татарстана. А как попали на тренерскую работу?

Еще в студенческие годы я выступал за команду КГУ в лыжных гонках. Так что лыжный спорт мне близок с юности. Но всегда была мечта заняться биатлоном. К сожалению, во времена моей молодости этой мечте не было суждено сбыться: началась перестройка, потом развалилась страна, а с ней и спорт. Такие были времена. А шесть лет назад мне посчастливилось познакомиться с Еленой Владимировной Григорьевой – она была главным тренером по биатлону республики. Это очень сильный человек, двукратная чемпионка СССР, и она «заразила» меня и мою дочь биатлоном. Я ездил с ребятами на сборы, помогал в организации соревнований, а когда Елена Владимировна ушла со своего поста, мне официально предложили стать главным тренером. Получил дополнительное образование в Поволжской академии спорта и стал дипломированным тренером. И сегодня увлечение биатлоном стало для меня второй работой, которой я с удовольствием занимаюсь. И не только в качестве главного тренера, но и спонсора нашей команды.

А в чем состоят функции главного тренера?

Это и организационные функции и работа непосредственно со спортсменами. Одно время я вообще работал один: был и тренером, и водителем, и сервисером. Да и сейчас у нас всего пять тренеров, их количество недостаточно.

Каковы, на ваш взгляд, перспективы развития этого вида спорта в нашей республике?

У нас есть талантливые спортсмены, и они занимают призовые места на всероссийских соревнованиях и в первенствах России. А сезон 2017/18 года был особенно удачным. Воспитанницы нашей сборной завоевали несколько наград, в том числе и высшей пробы на всероссийских соревнованиях и первенстве России. Всего за год мы подготовили четырех мастеров спорта России, нескольких кандидатов в мастера спорта. В прошлом сезоне на соревнованиях участвовали 7 наших биатлонистов, а в нынешнем будут уже 17. Разве это не результат? Но надо понимать, что спорт развивается там, где в него вкладываются. Одних талантов спортсменов, усилий тренеров сегодня недостаточно. Нам приходится конкурировать со спортсменами Тюменской области, Ханты-Мансийска и другими, где тренеры и спортсмены получают хорошие зарплаты, у них отличная экипировка, качественное оружие, хороший медицинский и спортивный сервис. Сегодня нам, чтобы удержать тренеров и спортсменов, приходится решать вопросы с их зарплатой за счет нашей компании. Я надеюсь, что хотя бы часть проблем решится на уровне республики, потому что перспективы у биатлона в Татарстане прекрасные.

А какие конкретно вопросы требуют решения?

Сначала я бы хотел напомнить, что у нас есть история школы биатлона. Наша земляк, Ренат Ибрагимович Сафин, в 1972 году в составе эстафетной команды СССР завоевал золотую олимпийскую медаль, как я уже отмечал, Елена Григорьева – двукратная чемпионка Советского Союза. У нас есть спортивная детская школа Барс, Федерация лыжных гонок и биатлона. Со стороны посмотреть – все прекрасно. Но проблемы есть, многие из них, мы, как спонсоры, решаем сами. Но есть и те вопросы, которые неподвластны нашей компетенции. Для проведения полноценных тренировок биатлонистов в Татарстане отсутствует тренировочная база, не хватает винтовок, боеприпасов. В поселке Чебакса, там, где находится наша вторая производственная база, мы своими силами построили и обслуживаем современную лыжную трассу. Около четырех лет назад мы обратились к президенту Татарстана с просьбой оказать содействие по оформлению данной территории, чтобы придать ей официальный статус лыже-биатлонного комплекса. Насколько нам известно, он дал поручение решить этот вопрос. Но, увы, ответ, по всей видимости, застрял где-то в светлых кабинетах.

То есть вы просили, чтобы эту территорию закрепили за федерацией?

Чтобы назначение земель оформили под спортивные сооружения. Причем неважно, за федерацией, спортивной школой. А мы, в свою очередь, обязуемся поддерживать инфраструктуру, усовершенствовать базу. А ведь здесь проводятся официальные соревнования. И эта территория де-факто считается официальной лыжной трассой. Но вот де-юре это не так. А для серьезного биатлона и требования серьезные: территория должна быть огорожена, стрелковый комплекс лицензирован, а для этого нужны правоустанавливающие документы. Мы не просим денег, мы просим юридически закрепить территорию. Другой вопрос – приобретение спортивного оружия и боеприпасов относится исключительно к компетенции государственных структур. Самостоятельно мы, как коммерческая фирма-спонсор, не имеем права покупать все это. Нашей команде как воздух нужны врачи, массажисты, тренеры... Никто вроде нам не отказывает, но и вопросы толком не решаются. А мы пока живем одними надеждами...

Расскажите о себе: где родились, какое образование получили, о своей семье.

Родился в Апастовском районе, в селе Бурнашево, в семье сельской учительницы и ветеринарного врача. После школы сначала поступил в Казанский строительный техникум, потом отслужил два года в армии, после возвращения учился в КГУ на кафедре физиологии человека и животных. Женат, трое дочерей.

Если бы вам предложили вернуться на 20 лет назад, что бы изменили в своей жизни?

У меня есть все: семья, любимые работа и увлечение, верные друзья, надежные партнеры. Единственное, чего бы я действительно хотел изменить, – больше уделял бы внимания родителям, родным и близким.

У вас есть свои секреты успешного бизнеса?

Наша команда – в основном люди, рожденные в СССР, получившие советское воспитание и образование. А нас всех учили чужого не брать, уважать свой труд и тем более труд других людей. Это, наверное, основа бизнеса. Мне повезло, в моей жизни встречались хорошие люди, и самое главное – они разбирались в бизнесе и давали дельные советы. Ну и главное – нельзя строить бизнес в надежде кого-то обмануть, это к хорошему результату не приведет.

Источник: БИЗНЕС Online
Просмотров: 214

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные (авторизованные) пользователи сайта.

Если вы нашли ошибку в тексте, вы можете уведомить об этом администрацию сайта, выбрав текст с ошибкой и нажатием кнопок Shift+Enter