Слабость слова. Российский и мировой рынок стали — итоги недели (14-21 февраля 2016 г.)

Слабость слова. Российский и мировой рынок стали — итоги недели (14-21 февраля 2016 г.)
Наш век называют веком информации. И это, безусловно, так. Телевидение, интернет, социальные сети ежедневно обрушивают на нас огромную лавину всяческих новостей, заявлений, экспертных мнений. Десятки специалистов объясняют нам, как можно и нужно выводить Россию из кризиса, анализируют просчеты экономического блока правительства, ругают Банк России и предлагают свои варианты. И... ничего. Информации слишком много, мнения слишком различны. Очень часто тот, кто знает, умеет и делает, не говорит, а тот, кто говорит, не умеет и не готов делать. От постоянного и массового употребления слова девальвировались, словно денежные знаки во время гиперинфляции, и воспринимаются как постоянный и монотонный внешний шум.


Поэтому попытаемся хотя бы частично отсечь этот шум и сосредоточиться на реальных делах. На мировом рынке нефти очень, очень много разговоров о возможной заморозке добычи на январском уровне, который, к слову сказать представляет собой сезонный максимум. В принципе, таких заявлений вполне хватает на то, чтобы взвинтить нефтяные котировки на биржах на 5-10% в день. Правда, всего на один день, а уже на следующий цены без подобной информационной подпитки упорно возвращаются обратно, не в силах пробить даже уровень $35 за баррель «брента».

Кто бы что ни говорил, а нефти на мировом рынке слишком много. Ее качают все в максимальных объемах, не обращая внимания на финансовые потери и растущие долги. По оценкам компании Wood Mackenzie, непосредственно из-за низких цен с начала 2015 г. было выведено из строя... около 0,1% глобальных нефтедобывающих мощностей. Всего-навсего! Поэтому очень велика вероятность того, что избыток предложения и накопление запасов на мировом рынке нефти будут продолжаться до тех пор, пока ситуация не дойдет до абсурда.

Например, просто не останется свободных резервуаров для хранения излишков нефти — по некоторым прогнозам, это может произойти уже через несколько месяцев. Или из-за постоянного недоинвестирования упадет добыча вследствие естественного снижения продуктивности действующих месторождений. Этого, по-видимому, придется подождать несколько лет. Просто на банкротства нефтедобывающих компаний рассчитывать нечего. В тех же США в 2015 г. в данной отрасли разорилось, по меньшей мере, 67 фирм против 14 годом ранее, но это ничего не изменило. Сами активы перешли под контроль кредиторов и продолжают работать, порой, с еще большей загрузкой мощностей. Всем нужен и важен кэш. А прибыль... пусть над ее отражением в отчетности сушат голову бухгалтера.

Недалеко ушла ситуация на мировом рынке стали. В Китае гордо прокукарекали о намерении убрать с рынка 100-150 млн т избыточных мощностей. Ага, за пять лет. И пока никто не знает, как именно это осуществить, ведь закрытие каждого действующего предприятия — это ликвидация сотен, а то и тысяч рабочих мест и немалый удар по местным финансам. Конечно, можно, как предложил глава Русала Олег Дерипаска, вывести государство из экономики, оставить все на грабеж и разорение... э-э-э... то есть, на развитие и оптимизацию частному бизнесу. Однако Китай — это страна государственного капитализма с определенной социальной составляющей. Поэтому так просто закрыть металлургический завод там непросто. Нужно создавать специальные фонды для финансирования переподготовки и трудоустройства рабочих, помогать самим компаниям и местным властям... Скорее всего, только для разработки соответствующего механизма понадобится несколько месяцев.

В других странах металлурги тоже не готовы останавливать производство ради стабилизации рынка. Выведение из строя мощностей везде рассматривается как глубоко вынужденный шаг, сигнал бедствия. На это приходится идти, например, бразильским компаниям, находящимся в тяжелейшем положении из-за экономического кризиса в стране. Так, ведущий местный производитель листового проката Usiminas остановил в октябре прошлого года один из двух своих комбинатов. Сейчас он просит денег у акционеров, чтобы продолжать выпуск. Аналогичным образом ведут себя австралийская компания Arrium и даже транснациональный гигант ArcelorMittal, в начале февраля тоже заявивший о намерении нарастить акционерный капитал. В США производство стали упало в ноябре-декабре, но с начала текущего года опять пошло на подъем. А цены на прокат, дошедшие до крайней точки подъема в конце января и первой половине февраля, - соответственно, снова вниз.

В Великобритании закрытие одного меткомбината и двух небольших метзаводов и увольнение около 5 тыс. металлургов в прошлом году вызвали такой шум, что дошло до Брюсселя. На прошедшей неделе в бельгийской столице состоялось шествие европейских металлургов и их топ-менеджеров с требованием... ну, конечно, ограничить китайский импорт стали, который осуществляется непременно по демпинговым ценам и лишь благодаря государственным субсидиям. А под этот информационный шум европейская металлургическая ассоциация Eurofer лоббирует ужесточение европейского антидемпингового законодательства, точнее, придание ему более волюнтаристского характера. «Закон — что дышло...», - так начинается русская пословица, но во многих других странах этот принцип реализуется на практике. Государства защищают своих производителей всеми возможными средствами.

Впрочем, на мировом рынке стали вышло некоторое облегчение. Китайские металлурги, вернувшись на рынок после праздничной паузы, начали, как и обещали, поднимать цены. Пока, в основном, внутренние и на сортовой прокат. Но, судя по всему, в дальнейшем рост затронет весь сортамент. Эти действия тоже сопровождаются оглушительным информационным шумом. Большинство экспертов уверяют, что в Китае все плохо-плохо, промышленность и строительная отрасль падают, юань вот-вот девальвируют, из страны бегут инвестиции, а валютные резервы утекают, как вода из прорванной теплотрассы. Может быть, эти специалисты и правы: в конце концов, Китай действительно несет в последнее время немалые потери из-за обвала потребительских рынков по всему миру. Но, создается впечатление, что сами китайские металлурги об этом не знают и таки рассчитывают на расширение внутреннего спроса. Посмотрим, чьи ожидания окажутся более верными.

В российском информационном пространстве вовсю обсуждается борьба с кризисом. Однако реальных действий пока не так уж и много, и не все они на виду. Правительство заметно затянуло с составлением нового антикризисного плана. В прошлом году оно уложилось до конца января, а теперь попросило время до 29 февраля. Впрочем, как говорит народная мудрость, поспешная работа — позор для мастера. Особых иллюзий о качестве работы отечественных стратегов, пожалуй, ни у кого нет, но если прошлогодняя деятельность по софинансированию перспективных проектов и поддержке жилищного строительства и автопрома будет, как минимум, продолжена, хуже точно не станет. А если цены на нефть все-таки не упадут до $20 за баррель, то, может, и станет немного лучше.

В последнее время, правда, появились новые унылые прогнозы о том, что нам грозит депрессия то ли на четыре года, то ли на все пятнадцать лет. Опасность такая, действительно, есть. Вон, Япония в 1990-е гг., по меньшей мере, двенадцать лет находилась в состоянии стагнации и, по большому счету, из нее так и не вышла. Однако основной проблемой японцев тогда, стало, пожалуй, отсутствие возможностей для роста. К началу 1990-х гг. основная транспортная и энергетическая инфраструктура была создана, внутренний рынок насыщен и перенасыщен, население старело, а увеличению экспорта препятствовали высокие затраты, отсутствие собственного сырья и ставка на вывоз капитала вместо вывоза товаров. В то же время, российскому несырьевому сектору очень даже есть, куда расти, и если ему хотя бы не слишком мешать, он может быть способен на очень многое.

Правда, пока что возможности для этого роста ограничены. Прежде всего, не хватает платежеспособного спроса. Именно этот фактор препятствует развитию российской металлургической отрасли. На прошедшей 18-19 февраля в Казани конференции «Региональная металлоторговля России» отмечалось, что емкость отечественного рынка арматуры в 2016 г. может сжаться еще на 10-15% по сравнению с прошлым годом. На следующей конференции «Оцинкованный и окрашенный прокат: тенденции производства и потребления», которая состоится в Москве 17-18 марта, пойдет разговор о перспективах этого сектора рынка, скорее всего, тоже не слишком утешительных.

Слабость видимого спроса не дает дистрибьюторам возможности поднимать спотовые цены на листовой прокат, хотя металлурги повысили отпускные котировки в феврале и анонсируют намерение осуществить аналогичную операцию в марте. Впрочем, арматура постепенно поднимается и в таких условиях, но здесь у поставщиков просто нет выбора: февральское повышение заводских цен отбросило их маржу в отрицательную зону. Тем не менее, вопрос о дальнейшем увеличении стоимости проката на российском рынке все еще остается открытым. В условиях стабильного рубля производители и трейдеры могут рассчитывать только на сезонное оживление спроса в начале весны, но оно в текущем году может запоздать.

В любом случае, при планировании дальнейших действий нужно ориентироваться на реальные, зримые события, тенденции и процессы. Разных слов сейчас говорится слишком много. Прежде всего должно быть дело.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»
Просмотров: 456

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные (авторизованные) пользователи сайта.

Если вы нашли ошибку в тексте, вы можете уведомить об этом администрацию сайта, выбрав текст с ошибкой и нажатием кнопок Shift+Enter